Форум » Помощь заключенным » Чем занимается наша группа? и Что такое „тюремное служение мирян“? » Ответить

Чем занимается наша группа? и Что такое „тюремное служение мирян“?

Александр: Из названия сайта ясно, что мы оказываем помощь заключённым, стараемся хоть немного поддержать людей оказавшихся к критической жизненной ситуации. Ещё такую деятельность часто называют „тюремным служением“. Хочется немного сказать о том, что же такое „тюремное служение мирян“. Не вдаваясь в научное объяснение значения слова „служение“, интуитивно понятно, что в отличие от просто деятельности или работы, – служение – более высоко и требует большой самоотверженности, ответственности и постоянства усилий. Когда говорят о священстве, слово служение воспринимается вполне органично. А почему переписку с заключёнными, отправку посылок с вещами и продуктами (то, чем в основном занимается наша и некоторые другие группы) – тоже называют тюремным служением? Думаю, это потому, что миряне – это тоже Церковь, а всё что делает Церковь, является и обычно называется „служением“. Мы не претендуем на столь высокое название нашей деятельности, поэтому обычно говорим, что мы занимается помощью и поддержкой заключённых, которых официально называют „осуждёнными“. Вообще, тюремное служение Церкви в Москве имеет несколько направлений, которые, как кажется, развиваются независимо друг от друга. Первое – это служение в следственных изоляторах города (СИЗО). Этим в основном занимаются священники, в том числе и по "разнарядке" от храмов. При епархиальном совете Москвы образована „Комиссия по вопросам социальной деятельности в местах лишения свободы“. Существует Православная тюремная миссия в городе Москве, которую возглавляет епископ Дмитровский Александр. Кроме того, существует Подкомиссию по работе с освободившимися из мест лишения свободы при Комиссию по церковной социальной деятельности при Епархиальном совете г. Москвы, которая, насколько я знаю, занимается сопровождением освобождающихся девочек, и немного оказывает помощь освободившимся москвичам. А в то же время осуждённые из многочисленных колоний пишут письма с просьбой о помощи в Москву (наверное, и по другим крупным городам), в монастыри, храмы, общественные организации. Тех, кто в Москве откликнулся на эти просьбы и пытается оказывать поддержку, Синодальный отдел по взаимодействию с Вооружёнными Силами и правоохранительными учреждениями пытается организовать. Но поскольку этим сотрудники Отдела занимаются между делом, то особых успехов не видно. Храмы, которые вошли в систему координации по переписке и помощи колониям, пока весьма немногочисленны. Думаю, что для одного сообщения уже достаточно, если будут вопросы, постараюсь на них ответить. См. также тему Как отпраздновать Пасху?

Ответов - 5

Администратор: В апрельском номере газеты Синодального отдела МП по взаимодействию с Вооружёнными Силами и правоохранительными учреждениями „Мир всем“ появилась статья о нашей группе поддержки заключённых. С любовью делайте добро! (О группе поддержки заключённых при храме „Живоносный Источник“ в Царицыно.) Станем любить не словом или языком, но делом и истиною“ (1 Ин. 3, 18) Группа поддержки заключённых при Воскресной школе храма „Живоносный Источник“ была организована в 2004 году. Добровольцы оказывают поддержку колонии ИК-1 в Карелии, а также отвечают на отдельные письма из других учреждений. В 2006 году на адрес Воскресной школы пришло около 2000 писем, в 2007 году – около 1500. В неделю приходит от 20 до 100 писем. Всего за поддержкой обратилось уже более 1000 осуждённых. Мы беседуем с руководителем группы Верой Михайловной Селиной: – Вера Михайловна, почему Вы стали помогать осуждённым? – Началось с того, что услышала по радио передачу, в которой рассказывалось о том, как в камере СИЗО во время жары 2000 года задохнулось 17 человек. Я тогда училась в Православном Свято-Тихоновском университете (ПСТГУ). Все годы обучения студентам предлагали отвечать на письма заключённых, но как раз в это время, после 4-го курса, Господь привёл меня на собрание группы поддержки заключённых при ПСТГУ (тогда ещё ПСТБИ). Пришла, чтобы взять лекции у девушки из нашей группы, и попала на собрание, на котором всех уговаривали взять для ответа письма от осуждённых. Я взяла девять писем, которые, как оказалось, лежали уже целый год: никто их не брал, видимо, потому что в них не было духовных вопросов, а только материальные просьбы. Наступали каникулы, думала, что быстро всем отвечу. Но оказалось, что не так-то просто написать письмо человеку совсем из другого мира. Прежде чем приниматься за дело, читала Евангелие, Апостол, кафизму из Псалтири. Так в течение каникул ответила всем. Поскольку, письма содержали просьбы о материальной помощи, а у меня самой тогда ничего не было, я училась, работала в Воскресной школе, то решила обратиться к людям. Подумала: „Эти заключённые обратились не ко мне лично и даже не просто в Православный институт, а в Церковь. Если ты не можешь этого сделать, ты же не одна в Церкви. Может быть, другой человек сможет им помочь“. Преподобный Никодим Святогорец писал: „Кто пропускает случай сделать добро, тот не только лишается плода от добра, которое бы сделал, но и Бога оскорбляет. Бог посылает к нему нуждающегося, и он говорит: "Отойди – после". Это хоть он говорит человеку, но то же, что говорит Богу, пославшему его“. И у апостола Иакова читаем: „Что пользы, братия мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его? Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: "идите с миром, грейтесь и питайтесь", но не даст им потребного для тела: что пользы?“ (Иак. 2, 13–17). Да и Сам Господь нам в Евангелии говорит: „Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне“ (Мф. 25, 40). и „Просящему у тебя дай...“ (Мф. 5, 42). Взяв благословение на то, чтобы повесить объявление в храме и в Институте, написала большое объявление о том, что требуется материальная помощь заключённым, и люди стали приносить вещи, деньги, кто-то помог отправить посылки. Прежде чем писать объявление, я думала так: „Господи, да будет воля Твоя! Если нужно это людям, значит, им пожертвуют, нет – значит, нет на то воли Божией“. Тогда же одна женщина, прочитав мой призыв о помощи, повесила на подъезде своего дома объявление, что нужна одежда для заключённых, и у неё собралось столько вещей, что они уже не помещались в квартире, загромождали лестничную площадку, а их всё продолжали приносить. Пришлось заказывать железнодорожный контейнер, чтобы отправить эти вещи в одну из колоний. „Случай сделать добро кому-либо есть милость Божия к нам. Поэтому мы должны бежать – стремиться всей душой послужить другим. А после всякого дела любви так радостно, так спокойно на душе, чувствуешь, что так и нужно делать; хочется ещё и ещё делать добро“ – так говорил святой праведный Алексий Мечёв. Поэтому мы девизом нашей группы сделали: „С любовью делайте добро!“ – Как была организована группа поддержки при храме „Живоносный Источник“? – Когда число тех, кому я отвечала на письма при ПСТГУ, возросло с девяти примерно до пятидесяти, пришлось идти к духовнику – брать благословение на то, чтобы бросить это дело, потому что сил уже не было никаких – возраст, здоровье слабое, нужно было делать ещё что-то для семьи. И батюшка решил вынести этот вопрос на церковный совет, который постановил, что не надо это дело оставлять, а решили организовать кружок помощи заключённым при Воскресной школе. Тогда же мы испросили благословение искать помощников, всеми доступными способами, включая Интернет. Приходится многие свои дела откладывать или отказываться от них ради того, чтобы делать это богоугодное дело, которое я считаю делом спасения моей души. Как-то я пришла к духовнику и говорю: „Батюшка, ну не могу больше, сижу в грязи по уши, ни на что времени не хватает с этой перепиской“. Я ещё не была на пенсии, работать надо. Батюшка сказал: „Да, очень много дел. Выбирай самое главное“. А я так себя плохо чувствовала. Прихожу домой и думаю: вот умру сегодня ночью, предстану перед Господом, и Он меня не спросит: „Почему ты не убралась? Почему не приготовила себе поесть?“ А Он скажет: „Я тебе писал из темницы, Я тебя просил. Ты могла Мне ответить и помочь?“ И поэтому я поняла, что это самое главное дело. В сущности, у нас нет никакой организации в общепринятом смысле слова, есть только инициативная группа – ¬несколько сердобольных доброхотов, которые в любой момент могут заболеть, умереть, переключиться на более насущные дела, и всё остановится. Дело ещё осложняется и тем, что священники нашего храма многим, кто даже и хотел бы, не благословляют вести духовую переписку, считают это очень ответственным делом. А сейчас к нам обратилось за помощь уже более 1000 осуждённых. Хотя мы вошли в систему координации помощи местам заключения и взяли на себя ответственность только за одну колонию ИК-1 в Карелии, но приходится помогать и другим регионам, в первую очередь тем, кому никто пока не помогает. – А как вы справляетесь с таким количеством обращений? Как организовано служение? – Конечно, всё это по милости Божией и по молитвам нашего батюшки, отца Георгия. По его благословению ежемесячно проводится молебен о здравии заключённых. Отец Георгий и является духовником группы, которая насчитывает сейчас около двадцати добровольцев, которые являются прихожанами различных храмов. Каждый выполняет какие-то дела, которые он взял на себя сам. Кто-то читает письма и ведёт учёт переписки, кто-то отвечает на письма с духовными или юридическими вопросами, другие занимаются сбором и отправкой посылок. Человек с богословским образованием отвечает на письма со сложными духовными вопросами. Иногда батюшки принимают заочную исповедь, которую осуждённые присылают в письмах. Используются возможности Интернета, у группы есть свой сайт, на котором мы размещаем объявления с просьбами осуждённых, делимся своим опытом, публикуем интересные письма и другие материалы, полезные для тех, кто хочет заниматься этим служением. В помещении Православного Центра храма „Живоносный Источник“ группе выделили комнату, где можно собираться два раза в неделю в определенные часы. Каждый приходит, когда может и оказывает посильную помощь: читает письма, заносит данные в картотеку, где отмечается: когда получено письмо, какие просьбы содержит, что ответили и что выслали. Каждое письмо сначала записывается в журнал, под своим номером, который ставится и на конверте с письмом. Существует целая система обработки и учёта корреспонденции и дальнейшей работы с обращениями осуждённых. Это необходимо для того, чтобы не запутаться, никого не забыть, избежать отправки посылок раньше положенного срока, иначе посылка вернётся назад. Конечно, не обходится и без искушений. Некоторые письма тяжело читать, иногда они вызывают возмущение или желание резко ответить, отказать в просьбе. Но вспоминаешь о Боге – и делаешь дело. Не зря это называется служением. Московский старец Алексий Мечёв учил: „Старайся делать всякому добро, какое и когда только можешь, не думай о том, оценит ли или не оценит он его, будет или не будет он тебе благодарен. И радуйся не тогда, когда сделаешь кому-нибудь добро, но когда без злопамятства перенесешь оскорбления от другого, особенно от облагодетельствованного тобою“. Вот и нам приходится смиряться. Облегчают работу так называемые „стандартные ответы“. Есть несколько вариантов таких ответов. Тем, кто обратился в первый раз, высылается ответ, содержащий краткие сведения о группе поддержки, упоминается о том, что группа немногочисленна и не имеет постоянных спонсоров и штатных сотрудников, но по мере сил человеку постараются помочь. У обратившегося спрашивают – когда ему положена посылка, так как во всех исправительных учреждениях существуют ограничения. Обычно на письма отвечают прямо здесь, вкладывая стандартный ответ и дописывая то, что необходимо, отвечают также и на несложные вопросы. В стандартных ответах человеку предлагается помолиться о тех, кто помогает заключённым и о нашей Стране. Вместе с ответом на первое письмо высылается анкета участника переписки, в которой, например, есть такие вопросы: „Крещены ли Вы в Православной Церкви?“ „Верите ли Вы в Бога?“. „Молитесь ли Вы по православному молитвослову и когда?“. „Какие молитвы знаете наизусть?“. Эти вопросы направлены на то, чтобы ненавязчиво напомнить человеку о том, что в жизни есть и другие ценности, есть Церковь, есть Бог, духовный мир. Тем, кто обращается за помощью не первый раз, и просит продукты или вещи, высылается более краткий стандартный ответ, где сообщается о том, что человека поставили в очередь на посылку. Тем, кто обращается с просьбой о денежной помощи, высылается стандартный ответ, уведомляющий о том, что будет сделан запрос в администрацию колонии об уточнении необходимой суммы. Это позволяет наши скромные возможности направлять на помощь тем, кто в ней больше всего нуждается. Если требуются значительные средства, после подтверждения просьбы, в храме вывешивается объявление о том, что требуется определенная сумма, и собираются пожертвования. Что касается денежных просьб, чаще всего просят на ксерокопирование уголовных дел и других юридических документов. Деньги на покупки в местном ларьке и на телефонные карточки группа поддержки не высылает. Письма с материальными просьбами и сложными духовными вопросами передаём соответственно тем людям, кто собирает посылки или отвечает на такие вопросы. При этом, по возможности, мы на всём экономим. Например, женщина, которая в основном собирает посылки, ещё сама шьет трусы для заключённых, перекрашивает в тёмные цвета пожертвованную одежду. Последнее время большое внимание мы уделяем взаимодействию с Карельской епархией. Отчасти и по нашей инициативе в г. Петрозаводске была также создана группа поддержки заключённых, которая сейчас оказывает помощь всем остальным исправительным учреждениям Карелии. Ответственный за данное служение дьякон Алексий Киселёв. Он проводит во всех учреждениях региона занятия по программе ПСТГУ, с использованием книги архиепископа Аверкия (Таушева) „Руководство по изучению Священного Писания Нового Завета“. С отцом Алексием поддерживается постоянная связь через Интернет и по телефону, через него мы теперь можем получать более оперативную и достоверную информацию о заключённых, которым мы собираемся оказать помощь: в чём и насколько они действительно нуждаются. Мы стараемся проводить стратегию постепенной передачи материальной помощи заключённым на уровень местных епархий. В Карелии, например, большинство отбывающих наказание – это местные жители, которые после освобождения вернутся домой, возможно, станут прихожанами местных храмов, будут жить бок о бок с теми, кто сейчас мог бы оказать им поддержку. Поэтому мы считаем, что жители тех мест должны быть больше, чем москвичи, заинтересованы в налаживании отношений со своими оступившимися согражданами. Было бы естественно, чтобы регионы помогали своим заключённым, а мы – жители больших городов уже – будем помогать им, используя имеющиеся материальные возможности. Но личные контакты с осуждёнными в колониях, думаю, не заменишь никакими посылками. Толчком к реализации такого подхода послужило обращение Наталии Леонидовны Высоцкой, председателя правления Общества милосердия в тюрьмах „Вера, Надежда, Любовь“. На одном из Рождественских чтений она предлагала московским приходам оказывать помощь колониям преимущественно через священников, их окормляющих. Но практика показывает, что священники на местах и так перегружены. Необходимо создание групп помощи заключённым, которые бы помогали этому священнику в ведении неизбежной рутинной работы, отнимающей много времени. Вот в этом направлении мы сейчас и работаем: налаживаем взаимодействие с Карельской епархией и помогаем им в оказании помощи заключённым, находящимся на их территории, а они помогают нам оптимально оказывать адресную помощь колонии ИК-1, над которой мы взяли шефство. Через Интернет мы также стараемся связаться и с другими регионами (епархиями), откуда приходят письма. Беседовала Ольга Ермакова.

Александр: Эту статью можно также прочитать на нашем сайте http://www.ostrog.spring-life.ru/literatura/delaty_dobro_mv.html

Александр: О группе поддержки заключенных см. также материал с сайта "Народного радио" – „Радость небывалая“ в теме „Как отпраздновать Пасху? (о служении милосердия к обездоленным)“

Администратор: Александр пишет: О группе поддержки заключенных см. также материал с сайта "Народного радио" – „Радость небывалая“ в теме „Как отпраздновать Пасху? (о служении милосердия к обездоленным)“ Публикую здесь ещё один материал из этой темы о нашей группе. «Радость небывалая» Александра Оболонкова Некоторые заключенные, получив стандартный ответ, напечатанный на компьютере, пишут нам: «Я плакал, когда получил ваше письмо, потому что никто никогда мне ни на какие письма не отвечал…» Сюжет прозвучал в программе «В поисках доброго смысла» 04.05.2008 «Можно вообще без наших имен… Просто рассказать, что делаются дела…» – Вера Михайловна Селина немного стесняется, вроде бы, ну, а что рассказывать? При храме иконы Божьей Матери «Живоносный Источник» в Царицыне существует группа поддержки заключенных. Вера Михайловна – ее руководитель. Читают письма, пытаются выполнить какие-то просьбы, пишут ответы. Ну, а что еще сказать? Но все-таки разговор начинается. Вера Михайловна говорит, что, в общем-то, изначально не очень хотела всем этим заниматься… Вера Селина (руководитель группы поддержки заключенных при Храме иконы Божьей Матери «Живоносный Источник» в Царицыне): Несколько лет я отказывалась от участия в переписке, поскольку времени не было, и думала, что сил нет на это, но Господь привел – пришлось взять девять писем. А перед этим услышала передачу по радио, в которой рассказывали, как семнадцать человек задохнулись в камере следственного изолятора от жары. Сердце размягчилось, и после этого, когда попала случайно (хотя, конечно, ничего случайного не бывает) в группу, где эти письма обсуждали и раздавали, взяла девять. С этого началась моя переписка. Первые письма писать было страшновато. Вера Михайловна очень серьезно готовилась, прежде чем начать отвечать кому-то из заключенных. Вера Селина: Было страшновато писать. Перед тем, как сесть написать письмо, читала обязательно Евангелие, Апостол, Кафизму, молилась, просила Господа вразумить так, чтобы человека не обидеть, так, чтобы человеку написать что-то полезное, что-то утешительное. Я понимала, что не каждому дано такое вынести, то, что приходится им выносить. Но мысли о том, что эти люди недостойны доброго к ним отношения, ответа на письмо и какой-то помощи, не было никогда. Вера Селина: Православный человек так не будет рассуждать, потому что каждый, кто серьезно старается познать свою душу, видит, что в душе он мог бы совершить, может быть, и не те преступления, которые совершил какой-то преступник. К нам приходит одна женщина, постоянно помогает, она так говорит: «Вот он пишет, что убил человека, а я думаю, я-то четверых детей своих убила…» Сделала аборты. И ей становится его жалко. Она понимает, что ему приходится расплачиваться за свое преступление, а ей никто плохого слова никогда не скажет… *** Группа поддержки заключенных при храме „Живоносный Источник“ в Царицыне появилась как раз тогда, когда Вере Михайловне казалось, что у нее нет больше сил, что она уже не справляется одна. Уже опускались руки, и тут появились новые люди. Вера Селина: Господь послал группу людей, которые приходят и помогают, когда могут, чем могут. И поэтому дело двигается, и дело идет, и ширится… Количество людей, которым нам удалось хоть чем-то помочь, возросло до тысячи человек. Ну а я так думаю, если дело идет, значит, это Господу нужно. Дел здесь немало. Кому-то нужна какая-то материальная помощь, кому-то – совет, а кому-то просто важно услышать голос с воли. Ведь многие из этих людей никогда не видели доброго к себе отношения. Вера Селина: Помогаем в основном людям, которым никто, как правило, не помогает, и некоторым вообще никто никогда не помогал. Многие были «казенными людьми» с детства. Никогда не видели ни папу, ни маму, и мы для них становимся и папами, и мамами – так складываются обстоятельства. Некоторые, получив стандартный ответ, напечатанный на компьютере, пишут нам: «Я плакал, когда получил ваше письмо, потому что никто никогда мне ни на какие письма не отвечал». То есть люди с детства, как правило, брошенные, никому не нужные, и поэтому какой-то стандартный ответ для них – радость небывалая, подарок необыкновенный… *** Ну, если просто письмо-ответ – это уже подарок, то, может быть, на этом и остановиться. Зачем тогда посылки? Вера Селина: Что касается материальной поддержки, то тут вспоминается Священное Писание. Апостол Иаков говорит, что если вы скажете своему брату «идите грейтесь и питайтесь», то в чем ваша вера? Ведь вера без дел мертва. Говорить человеку, молись, и Господь тебя пропитает, по-моему, апостол Иаков не советовал нам так поступать. Материальную помощь, в общем-то, оказывать проще, чем помощь духовную. Духовная помощь – это, в первую очередь, молитва. Вера Селина: Вот мне за себя даже тяжеловато молиться… Я за своих родственников не могу отмолить, а молиться еще за этих людей мне совсем трудно. Но, слава Богу, по благословению батюшки у нас в храме каждый месяц проводятся молебны о здравии заключенных. Вот это, я считаю, самая важная помощь, самая главная поддержка. А остальное – мы делаем то, что нам по силам. Нелегко отвечать и на письма с вопросами духовного содержания. Ведь здесь надо иметь чуткое сердце, хорошо знать и правильно подбирать слова из Библии, высказывания святых отцов, так что бы человек, там, далеко, сидя в холодной сумрачной камере смог эти слова расслышать. И это вовсе не попытка заставить человека раскаяться, нет. Это попытка дать человеку возможность увидеть свет, который ему сложно увидеть из своей привычной криминальной жизни. Вера Селина: Мы не ставим перед собой задачу заставить человека раскаяться. Только Господь может дать покаяние, это дар такой. По статистике, в России 80% заключенных после освобождения возвращаются в тюрьмы. Среди подопечных группы тюремного служения при храме «Живоносный Источник» в Царицыне эта статистика чуть лучше. Но все равно, она близка к общероссийской. Вера Селина: Есть у нас верующие, которые после освобождения вернулись в свои семьи или создали новые семьи. Этим людям повезло, потому что у них есть люди, которые их ждут, которым они нужны в жизни на свободе. И такие освободившиеся обычно начинают думать не только о себе, но и заботиться о близких. А люди, которые не находят такой поддержки, не видят свою нужность на свободе, и чаще всего такие попадают за решётку снова, потому что там есть пища, там есть крыша над головой, а на свободе они чаще всего не могут найти работу. Поэтому, каждый раз это огромная радость, когда человек устраивается в жизни на свободе, когда приходит какая-то весточка о том, что он жив, здоров… Вера Селина: Присылают – ну, не так уж часто, иногда – подарки после освобождения. Кто-то присылает просто коробку конфет, кто-то присылает собранные в лесу ягоды, сушеные грибы, варенье – кто что может. Очень приятно, очень радостно получить такой отклик. После освобождения людям тяжело, им надо устроиться на работу, в поте лица добывать свой хлеб, устраивать личную жизнь, поэтому не удивительно, что только те, кто более или менее как-то устроились в этой жизни, могут вспомнить и о нас. Ну, может быть, вспоминают чаще, но у многих нет возможностей, как я думаю, писать нам. А вообще, пишут нам все-таки больше по необходимости. *** Карточки каждого, кто обращался в группу, хранятся в небольшой комнатке в здании Православного центра при храме «Живоносный Источник» в Царицыне. С большинством из тех, кто вышел на свободу, связь уже не поддерживается. А вот с одним из тех первых адресатов, с общения с которыми начался ее путь милосердия еще в 2000-ом году, Вера Михайловна до сих пор ведет переписку. Он осужден на пожизненное заключение. Что это – дружба? Не совсем. Вера Селина: Мы стараемся все-таки не переходить на очень душевные отношения, поскольку мы не можем ни принять этих людей к себе в дом, ни предоставить им какую-то работу. Мы стараемся быть друзьями каждому, поэтому получается, что это не та дружба, какая бывает между близкими и родными людьми, нет. Это, скорее, такая как бы милостыня. Хотя, встречаются люди, которые почему-то становятся дороги. Чьи-то судьбы беспокоят, хочется знать, как там этот человек, что с ним теперь. Вера Селина: Хочется вспомнить мне про Азнабаева Владимира Маратовича. Может быть, кто-нибудь услышит это имя… Переписывались мы несколько лет. Он был старостой храма Серафима Саровского в поселке Надвоицы (в исправительно-трудовом учреждении). После освобождения он девять месяцев отработал в Валаамском монастыре, и уехал на Украину, с рабочим по реставрации, и связь с ним прервалась. У меня что-то щемит сердце, потому что к некоторым людям, с которыми долго идет переписка, к тем, кому приходилось не только высылать какие-то вещи, но и кому приходилось отвечать на серьезные вопросы, конечно, сердце привязывается. Ну, и просто хотелось бы просто не терять таких людей из виду, людей, которые что-то сделали, старались, стремились. Кстати, запоминающихся людей среди заключенных немало. Кто-то пишет стихи, кто-то что-то рисует, а есть у группы тюремного служения один подопечный, который занимается не очень, пожалуй, характерным для находящегося за решеткой делом. Но зато, дело это – очень полезное. Вера Селина: Вот Пастухов Владимир Николаевич. Он в Челябинской области отбывает свое наказание. Его товарищ по несчастью нам написал письмо с просьбой выслать его соседу пряжу. В прошлом году собрали пряжу, отправили ему для того, чтобы он вязал носочки для детского дома. Он сам решил это, еще когда находился под следствием. Люди, которые даже не считают себя верующими, иногда приносят покаяние своими делами. *** Странное дело – тюремное служение. Его результаты часто совершенно незаметны тем, кто им занимается. Подопечные выходят на свободу и исчезают из вида, или же появляются, вновь оказавшись за решеткой. Весточки о тех, чья жизнь наладилась, не так уж и часты. Писем становится больше и больше с каждым годом, а людей-добровольцев мало. Вера Селина: Поскольку мы стараемся помочь людям не только добрым словом, но, если можем, то и делом, в том числе, и вещами, и продуктами, то, конечно, количество писем возрастает постоянно. И часто люди уже не понимают, что это просто группа, можно сказать, пенсионеров, которые просят помощи в храме, у себя во дворе, у соседей, у родственников. Неужели не хочется взять и все бросить? Неужели не хочется отдохнуть, подумать о себе? Бывает, конечно, говорит Вера Михайловна, но ведь это дело важно и нужно не столько заключенным, сколько тем, кто им занимается. Вера Селина: Прежде всего, это помощь не для того, кто к нам обратился за поддержкой, а это помощь для нас, для нашей Вечной жизни, для нашего спасения. Кто больше получает помощи, кому это более необходимо – заключенным или нам – трудно сказать. Так что вместо того, чтобы страдать от усталости, надо просто радоваться. Радоваться, что есть такая удивительная возможность, хотя бы немного помочь другим… Вера Селина: Радуюсь тому, что есть. Радуюсь тому, что хоть что-то могу сделать. Хоть подсказать человеку, который придет мне на помощь, объяснить что-то. И смотришь, дело двигается. Источник: http://www.narodinfo.ru/

ЛХВС: шо тут праисхоит?



полная версия страницы